О проблеме дефицита врачей в последнее время кто только ни говорит, даже сам министр здравоохранения Мурашко сообщает напрямую о дефиците медицинских кадров в России: врачей – 25 тысяч, среднего медперсонала – 50 тысяч специалистов. На днях и его заместитель Евгения Котова заявила об укомплектованности учреждений психиатрами на 80%. Конечно, в беседе с омбудсменом Татьяной Москальковой это было преподнесено чуть ли не как достижение, но если посмотреть с другой стороны, то 20% (пятая часть) психиатров не хватает и это очень большой дефицит, приближающийся к катастрофическому.
Посмотрим на статистику, в т.ч. и мировую. Дефицит медицинских кадров в мире с 7,2 млн специалистов в 2013 году вырастет по прогнозам к 2035 году до 12,9 млн.
В РФ обеспеченность врачами первичного звена составляет 5,2 на 10 тыс. населения, по сравнению в СССР в 1991 году обеспеченность врачами составляла 42 специалиста на 10 тыс. населения. Вот и весь неприкрытый масштаб катастрофы.
В той же Европе, к примеру Польша 2,0 врача на 10 тыс., Финляндия 4,1, а Нидерланды 4,7. По исследованиям ВОЗ добавление +10 врачей на 10 тыс. населения приведёт к снижению смертности от сердечно-сосудистых заболеваний, онкологии и болезней лёгких на 1-1,5% и увеличит продолжительность жизни почти на 2 месяца. В России укомплектованность врачей физическими лицами всего 68,7%, следовательно коэффициент совместимости 1,2, иными словами – врачи у нас не работают на одну ставку и как правило совмещают, при том, что расчётные нагрузочные нормативы на 1 врачебную ставку далеки от адекватных, да и средних общемировых. Например, в России врач-психиатр ведёт на ставку 25 пациентов, когда в мире и Европе, как правило 10-12 пациентов. Это краткая статистика для понимания общей ситуации, сложившейся в настоящее время.
Какие же причины ситуации с кадрами в отечественном здравоохранении? Главную причину выделить сейчас уже невозможно, да и не нужно, поэтому в статье будут перечисляться в произвольном порядке.
Но, как бы то ни было, всё начинается с головы. Вот туда и обернём наш взгляд. Конечно, самое первое и главное, что заложило фундамент к кадровому провалу – это бездумные реформы здравоохранения, под громким лозунгом «оптимизация здравоохранения». Когда под красивыми словами и обоснованиями бездумно закрывались медицинские учреждения в стране, увольнялись врачи, уходили профессионалы. А пациенты никуда не делись со своими проблемами со здоровьем. Это всё привело к непомерной нагрузке на врачей, чрезмерной интенсивности в работе. Всё это приводит к эмоциональному выгоранию медицинского работника, ухудшению его психологического состояния, нарушению здоровья, появлению болезней и чувству дискомфорта с логически последующим решением покинуть профессию.
Кстати, подобные проблемы с выгоранием испытывают врачи не только в нашей стране. Так, согласно отчёта 2022 года CDC (Центр по контролю и профилактике заболеваний США) «О показателях жизнедеятельности» показано, в 2022 году работники здравоохранения продолжали испытывать более высокий уровень выгорания и ухудшение психического здоровья, чем в 2018 году. В 2022 году почти половина медицинских работников часто или очень часто сообщали о чувстве выгорания.
Около 44% работников здравоохранения указали, что они в той или иной степени будут искать новую работу в 2022 году.
Вернёмся снова к нам. Ещё одна из причин того, что врачи уходят из профессии, это угроза уголовных преследований и последовательное увеличение таких дел, о чём писал целую статью, которую можно посмотреть на сайте, поэтому подробно останавливаться не стану. Можно лишь сказать, что в попытках преследований уголовных врачей за врачебные ошибки, которые до сих пор законодательно никак не отделены от халатности и даже не соблюдается принцип советского правосудия к таким делам, под предлогом защиты прав пациентов, по сути, создавая дефицит врачей, инициируя страх врачей брать на себя риски в сложных случаях, приводит как раз к обратному эффекту – прямому нарушению прав пациентов. Нарушается основной биологический принцип – когда защита одного, приводит к гибели всех. В природе выживания вида заложено – что при необходимости требуется жертвовать одним для выживания всего вида, как бы ни кощунственно это звучало, но это биологический закон выживания и развития.
Как ни странно, но введение клинических рекомендаций, статью о проблемах которых также писал и можно посмотреть здесь на сайте, также приводит к тому, что врачи уходят. Нас, врачей обучают к клинико-динамическому мышлению, гибкости принятия решений в клинических случаях, тем самым мы и спасаем пациентов, на формальному попунктному исполнению клинических рекомендаций, лишь бы прикрыть себя. Врач, спасая жизнь пациенту, следуя древнему медицинскому принципу «светя другим – сгораю сам», должен думать только об этом и не бояться, что его засудят, посадят лишь по той причине, что какой-то один пункт не выполнил. Более того, только в одной России рекомендации носят обязательный характер… Не говоря о том, что идёт опосредованное законодательное кривотолкование основы основ русского языка, где под рекомендацией понимается необязательность исполнения. Подобные вещи отталкивают профессионалов своей дела из медицины, на смену которым приходят лишь бездумные исполнители клинических рекомендаций.
Немалую роль играет и изменившееся система обучения врачей и подготовки кадров. Речь сейчас о получении врачами образования в ВУЗах, где во главу угла стоит не принцип научения, а получения денег на студента. Если раньше не справлявшиеся с учёбой отчислялись, то сейчас «тянут за уши» до последнего, ведь от этого зависит финансирование института. Также непонятная чехарда с интернатурой, ординатурой, субординатурой, которые, то отменяют, то снова вводят в строй. И какие специалисты в итоге выйдут со студенческой скамьи в медицинскую сеть? А ведь на кону жизнь человека. Всё это не способствует престижу профессии.
Отдельные слова о системе непрерывного обучения и аккредитации. Тут нужно писать отдельную статью, но в рамках этой остановимся на нескольких моментах. Кто решил, что непрерывность обучения это хорошо и правильно? Любое непрерывное действие приводит к утомлению и снижению качества, это физиология. Врачей заставляют набирать непонятные баллы, не ясно кем подсчитанные, что именно столько их надо, число которых и система их набора постоянно меняются. Более того, врачи должны заниматься это либо во время рабочего времени, приёма пациентов, работы в отделении либо в свободное от работы время. Если во время приёма, то врач больше смотрит на вебинар, чтоб не пропустить очередную контрольную метку, иначе не засчитают присутствие и не начислять баллы, при этом на пациента внимания постольку поскольку. Если в свободное время… А почему врач вообще должен тратить своё личное вне рабочего времени на обучение? У него нет своих дел, нет семьи, родным, которым он должен уделять внимания или не имеет права на отдых? В прежние времена каждые 5 лет врачей отправляли на курсы на обучение с отрывом от работы и это было понятной системой. Надо сказать, что в последнее время нечто подобное всё-таки пытаются возродить и это уже хоть какой-то плюс. Придумали аккредитацию, когда врач должен проходить её раз в 5 лет, чтобы подтверждать право на свою деятельность. Придумали трудно преодолимую процедуру, никому не нужную, бессмысленную и беспощадную, а главное без смысловой нагрузки. Врачей, не успевших вовремя пройти аккредитацию, лишают права работать, просто отстраняют от работы. Ну хорошо, успешно работал врач 5 лет или больше, не успел пройти аккредитацию и что, сразу опыт пропал, знания исчезли, забыл, как пациентов лечить? Какой смысл в этой аккредитации для практикующего врача, который своим трудом доказывает свою состоятельность? Что она даёт, чтоб её преодолевать, словно брать Берлин в 1945? Всё это подталкивает профессионалов к тому, чтоб уходить. Зачем врачам лишняя, более того, не нужная, дополнительная нагрузка и так к непомерным?
Отсутствие свободного времени, поздние приходы домой с работы порождают и проблемы у врачей в делах семейных, когда родные не видятся неделями дома. И, конечно же, встаёт вопрос для медика – семья и работа.
Сложившаяся ситуация по неуважительному отношению к медицинским работникам, как со стороны пациентов, правоохранительных органов, государственных структур и активно подогреваемая государством, в т.ч. и медийно, приводит к падению престижа, что работать врачами просто уже не хотят. Об этом говорит и возникший дефицит студентов при поступлении в медицинские ВУЗы, когда бывшими одними из самых престижных.
И да, до сих пор у врачей зарплаты, не удовлетворяющие требованиям Путина – зарплата медицинского работника на ставку должна составлять не менее 2 средних зарплат по региону. Вы хоть один такой регион знаете?
Поговорим о последнем тренде в медицине – цифровизации. Ох и ах! Других слов нет, но постараемся и здесь найти слова. Несколько лет назад стали говорит о переводе медицины на цифровые рельсы. Звучало это красиво, интересно и рисовались радужные перспективы. Затем слов стало больше, технические возможности стали появляться и регулярные высказывания стали постепенно превращаться в некоторую навязчивую идею – нужно оцифровать врачей, пардон, медицину.
Моё поколение росло вместе с появление компьютерной техникой. На заре моей юности появлялись первые компьютеры, вначале была «спектруммания», когда многие школьники были помешаны на ZX-Spectrum. Тогда же появился отечественный компьютер БК-0010 и все кинулись изучать язык программирования. Кстати, предмет по которому появился и в школе. Затем стали появляться, ставшие легендарными, IBM 286 конфигурации, первая Windows 3.11 (русская версия). Именно тогда мир узнал о новой операционной системе в виде окон и это был поистине прорыв. Появились мышки, и нам было просто увлекательно тыкать (так тогда мы говорили) ими и изучать систему, когда сам «тык» на мышке привносил открытия мира компьютерных окон, интернета, было интересно, мы просто тыкали в мышке и это было увлекательно. Много лет утекло с тех пор…
И вот, началась цифровизация здравоохранения, которая, наверное, по замыслам должна помочь в работе медицинских работникам, быть удобной и экономить время, позволяя больше внимания уделять пациенту. Но так ли это на самом деле? Увы, далеко не так. Внедряемая система сыра, не отработана, интуитивно непонятна и запутана, более того, она тратить у врачей больше времени на её заполнение, нежели было в бумажном варианте, превратившая работу врача в сплошной и бесчисленный клик мышкой, да ещё при том, что система постоянно зависает, тормозит, вылетает. Фактически приём пациента врачом превращается в то, что пациент смотрит на то, как врач, стараясь подбирать цензурные выражения беспрерывной клацает мышкой в компьютере, не обращая внимания на больного. Время приёма затягивает, рабочий день врача непомерно удлиняется, все нервничают, качество приёма падает. Более того, медицинская компьютерная система не адаптирована под разные специализации оказания медицинской помощи, на внедрённые новые технологии медицинской помощи в результате оптимизации здравоохранения – так называемые полустационарную помощь. Предложения от врачебного сообщества о коррекции программы для удобства работы наталкиваются на отсутствие понимания внедряющих структур и отказ улучшать систему. Зачастую в самой программе имеются моменты в работе прямо нарушающие приказы Минздрава о врачебной деятельности и даже федеральных законов. Примеры из «внутренней кухни» приводить здесь не станем, но скажем, что тем самым напрямую права пациентов на оказание помощи нарушаются. Получается ситуация, как с автомобилем, когда есть автомобиль, который должен доставлять человека и делать это быстро, но по факту, не человек едет на автомобиле, а толкает его, что только значительно замедляет продвижение. Проблема внедрения цифровизации также отталкивает врачей от профессии. Ведь уважение к пациенту начинается всегда с уважения к врачу. Но, в нашей стране, к сожалению, уважение собственных карманов структур, имеющих отношение к внедрению цифровизации в медицине важнее уважения к врачам.
Выходит так, что не электронная медицинская система создана под человека, а человек под систему.
Как следствием внедрения цифровизации исчезает такое понятие, как врачебная тайна. Особенно нарушаются в этом вопросе права психически больных людей, где в законе о психиатрической помощи ещё от 1992 года они чётко прописаны, где чётко указано кто имеет права доступа к информации и в каком случае и каким даже образом она сообщается пациенту. Но, теперь доступ к самому важному правовому обеспечению медицинской информации имеет любой врач, да и сам пациент вне зависимости от психического состояния. Всё это уже приводит к проблемам различного рода, в т.ч. и криминализованным проблемам.
Всё это ставит вопросы о правильном понимания ситуации в здравоохранении страны руководством Минздрава, когда публично идут заявления об остром дефиците медицинских кадров, но делается всё, чтоб эту проблему только усугублять. Правильный анализ ситуации, её исправление приведёт к тому, что престиж профессии врача вновь вырастет и дефицит профессионалов исчезнет. По сути и особенно сейчас, это прямой вопрос национальной и безопасности и суверенитета.
Как говорилось выше, проблема дефицита врачей не только касается нашей страны, она носит общемировой характер. Поэтому и закончим статью с отсылкой к докладу CDC «О показателях жизнедеятельности» 2022 года, где исследователи отметили, что результаты исследования подтверждают акцент на «улучшении рабочей среды для поддержания психического здоровья, а не на том, чтобы просить работников быть более устойчивыми или самостоятельно решать проблемы».
Ссылки:
https://www.pnp.ru/social/pochemu-v-rossii-ne-khvataet-medrabotnikov.html
https://www.interfax.ru/russia/933567
https://www.vedomosti.ru/opinion/articles/2015/07/14/600422-voskreshenie-dinozavra
https://jamanetwork.com/journals/jama/fullarticle/2811888?guestAccessKey=fe58988b-0a66-4843-ae3d-bf2e1b82afb9&utm_source=silverchair&utm_medium=email&utm_campaign=jama_network&utm_content=covid_weekly_highlights&adv=000003352893
+ There are no comments
Add yours